Берия – злой гений социализма?

      (Размышления по прочтении диссертации кандидата исторических наук Дениса Валерьевича Коббы «Государственная деятельность Л. П. Берия, 1939 – 1953 гг.»)

      Сегодня многие персоны прошлого представляются этаким злом во плоти. Иосиф Виссарионович Сталин с его репрессиями, и, конечно же, его злой демон, нарком НКВД Лаврентий Павлович Берия. Правда, уже появляются здравые голоса, пытающиеся детально рассмотреть и дать трезвую оценку всей этой вакханалии демонизации советского прошлого, разгоревшейся с подачи, как отечественных псевдолибералов, так и заграничных «журналистов и писателей».

     Оставим в стороне обоснованность так называемых «сталинских репрессий», направленных на защиту социалистического строя, а не личной власти И.В. Сталина, как принято думать. Попробуем разобраться с личностью Л.П. Берии, не принимая во внимание заграничных «разоблачителей» и ориентируясь на исторические факты и воспоминания знавших его современников.

Лаврентий Павлович Берия, начало карьеры «в верхах»

      Событие, сделавшее Лаврентия Берию «злым гением», произошло 22 августа 1938 года, когда его назначили первым заместителем наркома внутренних дел СССР. Но это было время недовольства деятельностью самого наркома Николая Ивановича Ежова, деятельностью, впоследствии получившей название «ежовщины». Было очевидно, что время Ежова подходит к концу. В то же время недавно назначенный первый заместитель активно вникал во внутреннюю кухню НКВД, с большим интересом вгрызался в запутанные дебри ежовского правосудия. Валерий Кобба приводит цитату генерал-лейтенанта Павла Анатольевича Судоплатова:

«В июле 1938 года судно, на котором я находился, пришвартовалось в Ленинградском порту. Я тут же выехал ночным поездом в Москву… На следующий день рано утром я был вызван к Берия, новому начальнику ГУГБ НКВД, первому заместителю Ежова. До этого о Берия я знал только то, что он возглавлял ГПУ Грузии в 20-х годах, а затем стал секретарем ЦК КПГ… Моя первая встреча с Лаврентием Павловичем продолжалась, кажется, около четырех часов. Он задавал мне вопрос за вопросом, желая знать обо всех деталях операции против Коновальца и об ОУН с начала ее деятельности… Берия проявил большой интерес к диверсионному партизанскому отряду, базировавшемуся в Барселоне, и т. д.».

      Ежов ещё пытался спастись от ожидавшей его участи, в ноябре 1938 года попросив у И.В. Сталина отставки, однако удовлетворение его просьбы не помогло избежать ареста и последовавшего затем расстрела. 25 ноября 1938 года Л.П. Берия назначен на должность наркома внутренних дел.

      Как свидетельствует Серго Лавреньевич Берия, должность не обрадовала его отца. Он долго отказывался, а затем согласился, выставив Сталину (!) собственные условия. Надо полагать, что условия были приняты, раз всё так сложилось.

      На следующий после назначения день Л.П. Берия подписал приказ «О порядке осуществления постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 17 ноября 1938 г.». Всё содержание приказа приводить нет смысла, однако суть его заключалась в требовании прекратить аресты и выселения без дифференцированного подхода с тщательным разбирательством по каждому случаю и вынесением специального постановления. Этот же приказ обязывал сотрудников НКВД получать санкцию на арест у прокурора, вместо обхождения собственноручно написанными справками, а так же прекратить практику безосновательного продления срока наказания отбывшим положенное осуждённым. Кроме этого, приказом предписывалось снабдить весь оперативный состав НКВД экземплярами уголовного и процессуального кодексов СССР с требованием руководствоваться приведёнными в них нормами.

      Выходит, до Берии пресловутые «опера» не имели представления о нормах уголовного и процессуального кодекса? На основании чего тогда они действовали? На основании личного подозрения? Справки, выписанной непосредственным начальником? Это легко объясняет всё то горе, связанное в народной молве с НКВД и «сталинскими» репрессиями.

      Кстати, всё, что относится к периоду ежовщины, наши современники нередко, ничтоже сумняшеся, относят на счёт Берии, ибо так фигура самого главного НКВДэшника предстаёт в ещё более мрачном свете. А кто помнит того Ежова, так же ставшего жертвой собственноручно созданной репрессивной машины?

Реформатор в пенсне

      Первое, чем занялся Л.П. Берия на новом ответственном посту – отнюдь не аресты и пытки в застенках политических конкурентов, как нам это преподносят. Нарком работал над совершенствованием структуры НКВД, повышением профессионализма сотрудников. Обучение, подготовка и переподготовка оперативных работников стали обязательными, в отличие от ежовских порядков, когда приоритет отдавался исключительно происхождению. Непосредственная заслуга Берии и в том, что школа особого назначения (ШОН) начала готовить специалистов для внешней разведки и контрразведки, что впоследствии помогло СССР избежать многих трагических случайностей. При наркоме Ежове школа не пользовалась особой популярностью, её организацией, несмотря на инициативу самого И.В. Сталина, занимались, спустя рукава, как теперь говорят, по остаточному принципу.

      Валерий Кобба отмечает: «Берия был профессионалом разведки. Самоучкой, но всё-таки профи, а разведка всегда считалась «передовой линией обороны», поэтому интенсификация и улучшение качества её деятельности стали основными приоритетами для наркома».

      Говоря о Л.П. Берии, нельзя не упомянуть навязшую в зубах тему – тему ГУЛага. Мотивированное автором «Архипелага ГУЛага» читающее население представляет себе наркома НКВД эдаким злым гением, нашёптывающим товарищу Сталину новые поводы для репрессий и гнобления собственного народа. На деле всё было не так. Берия, как и Сталин – продукты своей эпохи, времени борьбы за укрепление социалистического строя, борьбы с желающими свернуть внутреннюю и внешнюю политику СССР в более удобное для «избранных» русло. Надо ли говорить, что то, с чем боролись во времена Сталина и Берии победило, как только репрессивный аппарат превратился в «профилактический»?

      Но вернёмся к теме обсуждения. Реформаторство Берии сыграло свою роль и в подотчётной НКВД системе ГУЛаг. В заслугу наркому НКВД следует поставить эффективное использование «контингента» не в целях личного обогащения, а на благо страны. Огромные стройки, в которых основной движущей силой стали осуждённые, создание «шарашек» с раскрытием интеллектуального потенциала лагерей, переориентирование самой пенитенциарной системы с бессмысленного подавления на осмысленное производство.

      Кроме того, Константин Симонов, которого никак не отнести к поклонникам Берии, связывает его имя с пересмотром дел и многочисленными реабилитациями, с освобождением десятков, если не сотен тысяч заключённых. Это работал системный подход к реформированию НКВД, к установлению главенства законности.

Насильственное переселение народов

      Часто на Берию возлагают вину за массовое насильственное переселение народов в СССР. Немцы Поволжья в годы войны, чеченцы и ингуши, крымские татары. Представители этих народов считают наркома НКВД главным инициатором бедствий целых народов. Но, положа руку на сердце, разве это так? И, разве не было у руководства страны веских причин для принятия столь тягостных решений в трудное для СССР время? Разве можно было допустить создание внутреннего очага напряжённости, когда страна боролась за физическое выживание с коварным врагом? А на создание такого очага было направлено очень много вражеских ресурсов, о чём свидетельствует бывший немецкий диверсант аварского происхождения Осман Губе (Саднуров):

      «Среди чеченцев и ингушей я без труда находил нужных людей, готовых предать, перейти на сторону немцев и служить им. Меня удивляло: чем недовольны эти люди? Чеченцы и ингуши при Советской власти жили зажиточно, в достатке, гораздо лучше, чем в дореволюционные времена, в чем я лично убедился после четырёх месяцев с лишним нахождения на территории Чечено-Ингушетии.

      Чеченцы и ингуши, повторяю, ни в чём не нуждаются, что бросалось в глаза мне, вспоминавшему тяжелые условия и постоянные лишения, в которых обреталась в Турции и Германии горская эмиграция. Я не находил иного объяснения, кроме того, что этими людьми из чеченцев и ингушей, настроениями изменническими в отношении своей Родины, руководили шкурнические соображения, желание при немцах сохранить хотя бы остатки своего благополучия, оказать услугу, в возмещение которых оккупанты им оставили бы хоть часть имеющегося скота и продуктов, землю и жилища».

      А это – из доклада Л.П. Берии товарищу Сталину о ходе депортации:

      «… Проводится проческа и лесных районов, где временно оставлены до гарнизона войск НКВД и опергруппа чекистов. За время подготовки и проведения операции арестовано 2016 человек антисоветских элементов из числа чеченцев и ингушей. Изъято огнестрельного оружия 20072 единицы, в том числе винтовок 4868, пулеметов и автоматов — 479». ГАРФ. Ф.Р.-9401. Оп.2. Д.64. Л.161.

      Значит, говорите, пострадали исключительно мирные люди?

      Объективности ради следует сказать, что Л.П. Берия отнюдь не был белопушистым ангелом, всеобщим благодетелем и спасителем, он имел свои недостатки, о которых речь пойдёт ниже. Но тот факт, что его усилия направлены были на установление приоритета законности и на благо государства подтверждаются документами, свидетельствами его современников, последствиями его деятельности, наконец.

«Шарашкины конторы»

      Значение атомного проекта, над которым работали советские «шарашкины конторы» не может быть переоценено даже при самой высокой его оценке. Предотвращение назревающей атомной войны, сохранение мира системой «сдержек и противовесов» на десятилетия и до сих пор. «Ядерная дубина» для врагов и «ядерный щит» для страны.

      Приказом наркома внутренних дел за № 0021 от 10 января 1939 года при НКВД создана особая структура: Особое техническое бюро (ОТБ). Именно так в документах именуется ведомство, курировавшее знаменитые «шарашкины конторы». Первоначально задачей ведомства было укрепление обороноспособности страны, работа над усилением её военного потенциала. То есть, ОТБ разрабатывало новые виды брони, группы порохов, работало над созданием нового вооружения. Структура находилась в исключительном подчинении наркома внутренних дел, то есть, за всё, созданное в ОТБ, следует ругать и благодарить именно Лаврентия Павловича Берию.

      «Шарашкины конторы» собирали учёных и инженеров по всем лагерям страны, спасая их от непроизводительного для их способностей труда на стройках народного хозяйства. Попадали в «шарашки» и вольные люди, чаще всего, таким образом укрываемые от возможных вражеских диверсий. Ведь среди работавших в ОТБ специалистов были и учёные с мировыми именами. «шарашки» существовали и при таких известных конструкторских бюро, как Туполевское, в котором работал Сергей Павлович Королёв.

Атомный проект

      С чего в СССР начался атомный проект? С довоенного ещё открытия спонтанного деления ядра учёными Радиевого института Академии наук СССР Петржаком и Флёровым. Война прервала исследования, не дав возможность развить результаты открытия. Однако, как пишут кандидат технических наук, капитан 2 ранга в отставке В.В. Бордуков и бывший работник РФЯЦ-ВНИИЭФ, испытатель ядерных зарядов Е.Ф.Корчагин, в 1941 году советская разведка стала доносить о работах по расщеплению атома в Англии, Германии и США. Получив сведения о готовящемся в Англии заседании «Комитета по урану», Берия составил служебную записку Сталину. Однако война поменяла приоритеты, и до записки Берии руки у вождя дошли нескоро.

      28 сентября 1942 года И.В. Сталин подписал Распоряжение № 2335сс «Об организации работ по урану», назначив ответственным за исполнение заместителя председателя Государственного Комитета обороны (ГКО) СССР В.М. Молотова. По его поручению будущий академик Игорь Васильевич Курчатов разработал специальную программу по урану, с принятием которой опять пошли непонятные проволочки. Очевидно, военным требовались результаты «здесь и сейчас», а учёные предлагали дорогостоящие и долговременные исследования с туманными перспективами.

      В мае 1944 года академик Курчатов направил И.В. Сталину служебную записку, в которой предложил создать особый совет по урану, председателем которого назначить Л.П. Берию. Невзирая на то, что вождь тянул с решением, Берия столь же активно углубился в изучение дел в исследованиях по расщеплению атома, как в своё время брался за реформирование НКВД. Первой целью, как писал И.В. Курчатов, стало создание «уран-графитового котла», который, по сведениям разведки, уже был создан и испытан в США.

      Это было достигнуто. Академик буквально своими руками собрал тот самый «уран-графитовый котёл», правда, без отвода тепла, и продемонстрировал его работу Берии. «Всего-то?» – удивился Берия. Между тем это был первый в Европе опыт по использованию цепной реакции, первый ядерный реактор.

      3 декабря 1944 года И.В.Сталин утвердил Постановление ГКО № 7069сс «О неотложных мерах по обеспечению развертывания работ, проводимых Лабораторией № 2 АН СССР». Лабораторией №2 именовалась возглавляемая Курчатовым структура, занимавшаяся исследованиями в области ядерной физики.

      Ошибочно предполагать, что эти исследования в СССР начались только после атомной бомбардировки США японских городов Хиросимы и Нагасаки 6 и 9 августа 1945 года. Постановление ГКО СССР № 8579сс/ов о техническом задании на разработку атомной бомбы датировано 15 мая 1945 года. Первые «изделия» именовались в техзадании БС-1 и БС-2, и их стали именовать бомбами Сталина, хотя на самом деле это были бомбы специальные.

      По воспоминаниям учёных, которым довелось работать с Л.П. Берией, при всей своей высокой организованности и потрясающем трудолюбии, нарком мог вести себя совершенно по-хамски, если считал что его пытаются обмануть.

      «Берия был прекрасным организатором – энергичным и въедливым. Если он, например, брал на ночь бумаги, то к утру документы возвращались с резонными замечаниями и дельными предложениями. Он хорошо разбирался в людях, всегда всё проверял лично, и скрыть от него промахи было невозможно», – И.Н. Головин, советский физик, заместитель И.В. Курчатова.

      Академик Ю.Б. Харитон, также работавший в атомном проекте, вспоминал:

      «Может быть, покажется парадоксальным, но Берия, не стеснявшийся проявлять порой откровенное хамство, умел по обстоятельствам быть вежливым, тактичным и просто нормальным человеком… Проводившиеся им совещания никогда не затягивались. Он был мастером неожиданных и нестандартных решений».

      Как бы то ни было, 29 августа 1949 года на Семипалатинском ядерном полигоне была взорвана первая советская атомная бомба РДС-1. Ответственность за испытания нёс академик Юрий Борисович Харитон.

«Россия делает сама»

      Автору этих строк довелось бывать в городе Курчатове (Казахстан), на уже закрытом Семипалатинском ядерном полигоне. Побывала я и на месте небольшой воронки на Опытном поле, оставшейся после подрыва РДС-1. Тогда нас, журналистов, возили туда на специальном автобусе, непременно в сопровождении дозиметриста. Дозиметрист сурово предупредил – прикасаться к металлическим деталям конструкций нельзя. Подбирать что-либо с земли – тоже. А под ногами, в рыжей степной траве, валялись, отсвечивая перламутром, округлые комочки сплавленной в ядерном взрыве почвы. По-местному – «харитончики», в честь академика Харитона.

      По возвращении после съёмок к автобусу дозиметрист тщательно «обнюхивал» нас длинной трубой своего прибора, качал головой. Все мы «фонили», особенно джинсы и обувь. Повезли назад так, под ворчание водителя о том, что теперь придётся дезактивировать автобус. Нас предупредили – по возвращении в гостиницу душ принять обязательно, всю одежду тщательно выстирать.

      Сегодня Курчатов – заштатный городишко с большим количеством разрушенных зданий. А ведь был он центром науки, создавшим тот самый ядерный щит страны.

      РДС-1 – первая советская атомная бомба имплозивного действия с плутонием в качестве поражающего агента, мощностью в 22 килотонны. Название расшифровывается, как «реактивный двигатель специальный», но в народе бомбу называли по-разному: «реактивный двигатель Сталина», «русская дурная сила», «Россия делает сама». За созданием этого оружия тоже стоял Лаврентий Павлович Берия.

      По свидетельству ярого антисталиниста Антона Владимировича Антонова-Овсиенко, «сам Курчатов, его заместители и помощники не раз говорили, что без участия Лаврентия Павловича Берии добиться успеха в столь сжатые сроки было бы невозможно».

      Можно много рассуждать о допустимости или недопустимости ядерного оружия с точки зрения морали. Ведь, как ни крути, а это оружие массового поражения, то есть, несущее смерть всему, в том числе и мирным жителям, вопреки всем возможным международным конвенциям. Но тот факт, что ядерное оружие Советского Союза стало элементом сдерживания агрессивных планов его противников неоспорим.

Злой гений

      Л.П. Берия не пользовался всенародной любовью, как, к примеру, И.В. Сталин. На наркома внутренних дел сваливали всё – и безалаберную жестокость его предшественников, и ошибки в стратегических решениях военачальников, ему приписывали некое мистическое влияние на вождя, якобы склоняющее его к жестоким решениям, и личную моральную распущенность. Чего стоит только пресловутая история с несовершеннолетними девочками, которых, якобы, возили к Берии в закрытых машинах. Истории эти почерпнуты из книги американского писателя Алана Вильямса «Дневники Берии». В книжице этой нарком внудел представал этаким сластолюбивым и злобным монстром, делающим политическую карьеру на человеческой крови и страданиях. По здравом размышлении, учитывая отзывы людей, лично знавших Л.П Берию, можно сделать вывод, что у целеустремлённого руководителя с потрясающей работоспособностью просто не было времени на приписываемые ему аморальные благоглупости.

      Отдельно стоит сказать о появившейся в 1992 году в СССР книге Алана Вильямса. Российский писатель и историк С. Кремлёв (С.Т. Брезкун) писал:

     «Уж не знаю, существовал ли в природе американский писатель Алан Уильямс, но фигурирующие в его бестселлере «дневники Берии» в реальной жизни – даже по Уильямсу – отсутствовали».

      А ведь масса людей в своём восприятии мира руководствуется и такими «книгами», принимая их за истину в последней инстанции. «Блажен, кто верит».

      Негативную ауру вокруг Берии создавали, в первую очередь, люди, испытывавшие к нему личную неприязнь. К примеру, пришедший к власти после смерти И.В. Сталина Никита Сергеевич Хрущёв. 23 августа 1953 года он созвал совещание Совмина СССР, на котором поставил вопрос о соответствии Л.П. Берии занимаемой должности. Его обвинили в шпионаже в пользу Англии (стандартно), в антисоветской деятельности, в попытках реставрации капитализма и многом другом, что впоследствии фигурировало в опусе Алана Вильямса. 23 декабря 1953 года суд признал Л.П. Берию виновным, его лишили всех званий и наград, и расстреляли в тот же день.

      Здесь просто напрашивается предположение об устранении конкурента в борьбе за власть. Ведь у Берии было куда больше шансов на верховенство.

      По негласному распоряжению Хрущёва имя Берии было вымарано из всех исторических документов, и даже из Большой Советской энциклопедии, причём, заменялись листы даже в уже вышедших экземплярах. На место Берии приказывалось вклеивать статью о Беринговом проливе. Уничтожение памяти убитого им человека вполне может объясняться испытываемой к нему патологической ненавистью более хитрого и изворотливого конкурента.

      Генеральный комиссар госбезопасности, Маршал Советского Союза, Герой Социалистического Труда Лаврентий Павлович Берия ненамного пережил своего вождя, сгинув в репрессионной машине прежде возглавляемого им ведомства. Но значит ли это, что потомки должны верить всем рассказанным о нём байкам и оплёвывать оболганное имя одного из великих государственных деятелей?

Источник фото

Добавить комментарий